— А теперь открой рот.

Она повиновалась, глядя на его лоб. Он же тем временем осматривал зубы Линнет.

— Хорошо. Кажется, они ничего не повредили. А как насчет всего остального? Нигде не болит?

— Ребра. Но это, должно быть, от ушибов.

— На всякий случай давай посмотрим. Сдается мне, что если бы даже их все переломали, ты все равно и не охнула бы.

Девон приподнял полу ее грязной рубашки и пробежался своими жесткими пальцами по ее хрупким ребрышкам. Закончив осмотр, он отпустил ее и присел на корточках.

— Кажется, все кости тоже целы. Ты выглядишь настоящим ребенком, хотя я точно знаю, что это не так. Мне удалось добыть пару пташек. Давай-ка приготовим их и добавим тебе немного веса.

— Пташек? — спросила Линнет, снова завязывая узлом полы рубашки. — Однако я не слышала выстрелов.

— Кроме ружья есть и другие способы игры под названием «охота». Начинай готовить, а я пойду немного ополоснусь.

Линнет задумчиво посмотрела на воду.

— Мне тоже хочется искупаться. Девон покачал головой.

— Чтобы смыть с тебя весь этот жир, по-моему, одной водой не обойдешься.

Линнет взглянула на свою разорванную в клочья рубашку и потемневшую, лоснящуюся от жира кожу.

— Я очень ужасно выгляжу?

— Хуже любого пугала. Линнет нахмурилась.

— Не понимаю, зачем ты так рисковал из-за меня. Ведь тебя могли убить. Девон.

— Я и сам не могу понять, — совершенно искренне признался он, передавая ей добычу. — Ты хоть готовить-то умеешь?

Впервые она улыбнулась ему, обнажив прекрасные, довольно мелкие зубы.

— Вот тут я могу тебя обрадовать — умею. Ее улыбка заставила Девона вспомнить о том, что Линнет женщина, хотя слой черной грязи на ней надежно, казалось бы, охранял от подобных мыслей. Быстро отвернувшись, он схватил переметные сумы и направился к ручью.